Свежие фотографии колонн Исаакиевского собора. Их сделала наша дочь, они с зятем на днях были в С. Петербурге, и я попросил их сфотографировать колонны и собор специально для настоящей темы. Сам я Исаакий вживую еще никогда не видел, поэтому прикоснуться к нему через эти фотографии было полезно. Все фотографии (18 шт.) можно посмотреть и скачать на Яндекс.Диске:
В статье «Казенная гранитная ломка в Пютерлаксе» (Г. Подпоручика Мевиуса) из «Горного журнала» №10 за 1841 г., которая публикуется ниже, есть упоминание о том, что колоны Исаакиевского собора были изготовлены из гранита, добытого на ломке купца Яковлева, находящейся на юго-западе от Пютерлакса в 8-ми верстах. Статья интересна и познавательна, в ней описано поэтапно производство работ на казенной гранитной ломке в Пютерлаксе. На момент написания статьи в этой ломке добывался камень для Форта Александр, строящегося перед Кронштадтом. Из этого исторического материала я впервые узнал, что свежедобытый гранит мягче и обрабатывается легче, чем по прошествии нескольких дней после ломки. Неожиданная информация, однако.
Из «Горного журнала», 1841 г., часть IV, кн. X (С. 83–94).
Казенная гранитная ломка в Пютерлаксе
(Г. Подпоручика Мевиуса).
Пютерлакская казенная гранитная ломка находится на южном берегу Финляндии, между Фридрихсгамом и Выборгом, в расстоянии 34 верст от первого. Эта ломка находится у морского берега, в двух верстах от селения Пютерлакса и в полуверсте от старой гранитной ломки, где добыта Александровская колонна. Она расположена на небольшом скалистом островке (около 100-та сажен в диаметре), состоящем из чистого гранита и соединенном с берегом деревянным мостом, около 20-ти сажен длиною. Такое положение ломки чрезвычайно удобно относительно нагрузки камня на суда и подвозки его к пристаням, находящимся в трех разных частях этого островка.
Гранит, добываемый здесь, имеет темнокрасный цвет и совершенно похож на тот, из которого сделаны Александровская колонна и колонны Исакиевского Собора, хотя первая добыта в старой Пютерлакской ломке, а последняя в ломках купца Яковлева, лежащих к югозападу от Пютерлакса в 8-ми верстах. В здешнем граните встречается иногда рапакиви, который однако ж никогда нейдет в употребление, потому что он легко разрушается. Это явление приписывают: 1) Содержащемуся в нем натристому сподумену, который в виде синеватосерых колец окружает кристаллы полевого шпата, и в котором натр, соединяясь химически с атмосферною водою, производит разрушение сподумена, а вместе с тем разрушает связь и между кристаллами полевого шпата и остальной массой гранита, потому что натристый сподумен, служащий связующим веществом, как я сказал уже, выветривается. 2) Разрушение рапакиви приписывают также и тому, что находящиеся в нем кристаллы полевого шпата бывают всегда весьма крупны, и потому они, значительно расширяясь по направлению длинных своих осей и вовсе почти не изменяясь по направлению осей коротких, ослабляют связь между составными частями рапакиви, и тем способствуют его разрушению.
Здесь работают: солдаты, арестанты и вольнонаемные, приходящие из Олонецкой губернии, всего около 500-т человек. Работами заведывают: один Штабс-Капитан, один Поручик Полевых Инженеров и два нарядчика.
Все работы, производимые для добычи здешнего гранита, можно разделить на семь приемов, непосредственно один за другим следующих: 1) бурение скважин, 2) заряжание скважин и пальба, 3) прорубание борозд и забивка клиньев, 4) отваливание массы, 5) деление массы на камни, 6) перевозка камней к пристаням и 7) погрузка камней на суда.
Бурение скважин.
Выбирают часть гранита (разумеется без трещин и не рапакиви), имеющую по крайней мере два отвесные бока вышиною от 4-х до 6-ти аршин. Такую часть называют массою. В низу одного отвесного бока выбуривают три горизонтальные скважины, длина которых зависит от толщины отделяемой массы и бывает от 3-х до 4-х сажен; диаметр скважин около дюйма, а расстояние между ними определяется шириною массы, которая бывает то же от 3-х до 4-х сажен. Бурение здесь трехручное, т.е. один наставляет и повертывает бур, а двое бьют по буру 30-ти фунтовыми молотами. Должно заметить, что бурильщики (т.е. те, которые управляют буром) и каменотесцы большею частию вольные, а из солдат и арестантов очень мало хороших работников; у хорошего бурильщика бур вдвое, втрое дольше стоит нежели у другого, потому что он умеет его закалить как следует и со снаровкою им управляет; точно так же и хороший каменотесец чрезвычайно сберегает инструменты и гораздо больше можешь сработать.
Заряжание скважин и пальба.
Выбуривши скважины, приступают к заряжанию их, что обыкновенно исполняют арестанты. Порох употребляется пушечный, сухой, и его доставляют в скважину следующим образом: берут деревянную палку, толщина которой сообразна с диаметром скважины, а длина сажени четыре с небольшим; на одном конце этой палки сделан цилиндрический канал длиною около 2-х аршин и вдоль всего канала вырезана небольшая щель, так что палка эта совершенно походит на заслонки, употребляемые при бурении мягких не сыпучих пород. Теперь в канал этой палки насыпают, сколько следует пороху, и держа вырезку обращенною вверх, осторожно вдвигают эту палку до самого конца скважины, после чего ее повертывают вырезкою вниз и осторожно вынимают, полегоньку встряхивая: порох остается в скважине. Прибойник и штревель железные, впрочем при начале забивки берут прибойник деревянный. Штревели прежде были здесь медные,
но так как они часто ломались, и потому после этого надобно было всегда разряжать скважину, что сопряжено с большими опасностями, то нынче медные штревели заменили железными. Забивка скважины производится кирпичем, но никогда осколками добываемого здесь гранита, что почитают чрезвычайно опасным. Вместо затравки служит деревянная планочка с вырезанною вдоль ее бороздкою, куда набивается смоченная водою пороховая мякоть и потом высушенная.
Скважины взрывают до трех раз, увеличивая с каждым разом силу заряда: на первый раз кладут в каждую скважину от 10-ти до 15-ти фунтов пороху; во второй от 20-ти до 25-ти, и если еще после этого взрыва масса не приподымается, т.е. не дает горизонтальной трещины (*), то в третий раз кладут в скважины от 30-ти, 35-ти до 40-ка и даже до 45-ти фунтов пороху; после взрыва этого заряда масса всегда уже отделяется.
(*) Трещина, происходящая при действии взрыва, идет почти горизонтально, по направлению слоеватости здешнего гранита, которая весьма много облегчает его добычу.
Зажигание всех трех скважин производится в одно время, от общего привода. Фитилем служит тонкий деревянный шест в 24 фута длиною, на конце которого привязана пакля. Пред взрывом скважин сначала извещают всех работающих около этого места, для того, чтобы они отошли прочь; потом берут шест с паклей, зажигают ее, подходят к скважинам сверху, и, стоя на взрываемой массе, поджигают общий пороховой привод, после чего тотчас отбегают в сторону. После взрыва осматривают образовавшуюся трещину и, если она не значительна, то еще раз заряжают скважины, полагая в них, как я уже сказал, больше противу прежнего количества пороху; бывают случаи, что и по третьему разу заряжают скважины. Признак, по которому заключают, нужно ли еще раз заряжать скважины или нет, состоит в том, что при надлежащем, достаточном действии заряда вся взрываемая масса не много подпрыгивает, это уже и значит, что камень дал большую горизонтальную трещину по плоскости скважин; когда же при взрыве скважин не замечают ни какого движения в отделяемой массе, то значит, что образовалась малая трещина, и в таком случае надобно еще зарядить скважины, усилив заряды, как было перед сим сказано.
С первого взгляда казалось бы, что для сбережения времени и пороху, лучше было бы за один раз положить сильные заряды; но, рассматривая этот предмет внимательнее, мы легко находим причину невозможности и неупотребительности такого способа, которая состоит в том, что опасаются слишком сильным взрывом произвести в массе вертикальные трещины, а с такими трещинами масса уже действительно никуда не годится, и тогда все время и материалы, употребленные на ее обработку, теряются совершенно безвозвратно.
Когда скважину понадобится по чему нибудь разрядить, то всегда это исполняют ночью, большею частию вольные, имея при себе на всякий случай воду; но и тут не обходится без несчастных случаев.
Прорубание борозд и забивка клиньев.
Когда наконец масса приподнята, то надобно ее, как говорится, отделить от горы; для этого на верхней плоскости массы, по тем сторонам, где она соединяется с горою, садятся несколько человек с кирками, в расстоянии один от другого около аршина, и начинают проводить в камне две борозды, перпендикулярные одна к другой, и следовательно параллельные двум отвесным, обнаженным сторонам массы, на одной из которых заложены были в низу три горизонтальные скважины. Глубина борозд бывает около четверти аршина. Сделавши борозды, выбуривают в них иногда по три вертикальных скважины в каждой, для того, чтобы они дали направление трещинам, иногда же прямо берут железные клинья, в фут длиною, вставляют по нескольку их (около 15-ти) в борозды, помещая каждый между двумя железными пластинками, потом перед каждым клином становится по одному работнику и начинают забивать клинья, ударяя в раз железными молотками в 45 фунтов весом. Эта работа продолжается иногда несколько часов и весьма тяжела, так что не всякой может ее исполнять. Когда наконец, посредством забивки клиньев, успеют образовать две вертикальные под прямым углом пересекающиеся трещины, то для увеличения этих трещин до того, чтобы они встретились с горизонтальною (а иногда даже и для образования их), в борозды насыпают пороховой мякоти и зажигают: эти вспышки всегда действуют очень успешно.
Отваливание массы.
Теперь масса отделена, надобно ее отвалить: для этого употребляют железный лом (или, как там его называют, ольху) толщиною в два квадратных вершка и длиною четвертей семь; таких два лома вставляют в одну из вертикальных трещин в некотором один от другого расстоянии, привязывают к верхними концам их веревки и за эти веревки тянут несколько человек. Верхний край массы начинает наклоняться вперед, а чтобы при ослаблении ольх он не отошел назад, то в щель закладывают чугунные ядра; таким образом масса вращается около нижнего переднего своего края и наконец переднею стороною падает на чугунные ядра нарочно тут положенные, чтобы облегчить дальнейшее ее движение: ее подвигают еще несколько вперед, чтобы очистить место для заложения новых работ. Употребляемые здесь ольхи приготовляются на заводах купца Медведева из железа не гибкого и не ломкого, за пуд которого платят здесь по 14-ти рублей ассигнациями.
Деление массы на камни.
Так как отделенная глыба гранита и называемая массою бывает всегда около 20-ти и более кубических сажен величиною, поэтому ее весьма редко случается употребить на вытеску одного цельного камня, а обыкновенно, отодвинувши, как я сказал, от первоначального ее места, делят на куски или камни, какие требуются по присылаемым планам. Эта работа производится сначала кирками, а потом железными клиньями; порохом же массы никогда не разбуривают, опасаясь ее испортить. Полученные куски тотчас начинают обтесывать кирками в какую нужно форму, потому что сначала камень бывает мягче и работа идет гораздо успешнее; по прошествии же 4-х и 5-ти суток он уже принимает настоящую свою твердость, и тогда обтеска его бывает несравненно затруднительнее и медленнее. Заметим, что здесь камням придают только грубые формы: дальнейшая обтеска, и если нужно, полировка производятся всегда на месте употребления камня.
Нынче все работы, здесь производящиеся, клонятся к заготовлению камня для строющегося вновь перед Кронштатом укрепления Форт Александр. Ключевые камни, заготовляемые для сводов этого укрепления, имеют 11-ть футов в длину и по 5-ти футов в вышину и толщину; но говорят, что здесь случалось отправлять камни в 2000 пудов (*).
(*) Кубический фут гранита весит 2 пуда и 4 фунта.
Перевозка камней к пристаням.
Заготовивши камень, перетаскивают его на пристань. Это перетаскивание здесь удобно тем, что вся ломка расположена на островке, состоящем из сплошной массы голого гранита, и следовательно пристань всегда близко. Камни перетаскивают по деревянным мосткам, или по так называемым, путям на деревянных же вальках, которые для прочности бывают всегда березовые, и то служат не более года. Шпили суть единственные машины, употребляемые здесь для перетаскивания камней к пристаням, а движущая сила люди. Канаты пеньковые, но летом употребляют полусмоленые, а зимою белевые; смоленых канатов летом не употребляют потому, что они очень каляны (жестки), а белевые не удобны летом тем, что намокают и мшатся; преимущественное же употребление зимой белевых канатов основано на том, что они не мерзнут, подобно смоленым и полусмоленым, и следовательно не имеют каляности. Bсе канаты здесь употребляемые покупаются в Петербурге на Петровском острову, на фабрике Г. Гоша.
Погрузка камней на суда.
Эта последняя операция производится помощию чугунных шпилей и кранов с деревянными наклонными брусьями, установленными в виде копра; самый же подъемный механизм этих кранов обыкновенного устройства, т.е. чугунный вал с такими же зубчатыми колесами. Сказывали, что эти деревянные брусья, при поднимании тяжелых камней, не выстаивают и прогибаются внутрь копра в виде парабол, не смотря на то, что перевязаны между собою и росперты толстыми железными полосами.
Должно заметить, что малые камни нагружают на суда посредством стрелы, обыкновенно употребляемой для нагрузки и разгрузки торговых судов.
Перевозкою камня занято 2 казенных парохода и четыре казенных же судна; но как этого количества судов недостаточно, то нанимают еще вольные суда.
Зимой настоящие работы производятся здесь в меньшем виде, а больше занимаются очищением ломки от щебня, который засоряет ее в некоторых местах более чем на аршин глубины, и который во время зимы очень удобно отвозить в море на санях.
При этой ломке выстроена деревянная кузница для наварки буров и вообще для поправки железных инструментов, беспрестанно здесь портящихся.
Вольные мастеровые живут в окрестных селениях на квартирах у Финляндских крестьян; для солдат же и арестантов выстроены в Пютерлаксе каменные казарма и тюрьма.
© Огарышев С.И., перевод в электронный текстовый формат.
Эту статью в отсканированном виде можно скачать на Яндекс.Диске:
В статье «Казенная гранитная ломка в Пютерлаксе» (Г. Подпоручика Мевиуса) из «Горного журнала» №10 за 1841 г., которая публикуется ниже, есть упоминание о том, что колоны Исаакиевского собора были изготовлены из гранита, добытого на ломке купца Яковлева, находящейся на юго-западе от Пютерлакса в 8-ми верстах. Статья интересна и познавательна, в ней описано поэтапно производство работ на казенной гранитной ломке в Пютерлаксе. На момент написания статьи в этой ломке добывался камень для Форта Александр, строящегося перед Кронштадтом. Из этого исторического материала я впервые узнал, что свежедобытый гранит мягче и обрабатывается легче, чем по прошествии нескольких дней после ломки. Неожиданная информация, однако.
Из «Горного журнала», 1841 г., часть IV, кн. X (С. 83–94).
Казенная гранитная ломка в Пютерлаксе
(Г. Подпоручика Мевиуса).
Пютерлакская казенная гранитная ломка находится на южном берегу Финляндии, между Фридрихсгамом и Выборгом, в расстоянии 34 верст от первого. Эта ломка находится у морского берега, в двух верстах от селения Пютерлакса и в полуверсте от старой гранитной ломки, где добыта Александровская колонна. Она расположена на небольшом скалистом островке (около 100-та сажен в диаметре), состоящем из чистого гранита и соединенном с берегом деревянным мостом, около 20-ти сажен длиною. Такое положение ломки чрезвычайно удобно относительно нагрузки камня на суда и подвозки его к пристаням, находящимся в трех разных частях этого островка.
Гранит, добываемый здесь, имеет темнокрасный цвет и совершенно похож на тот, из которого сделаны Александровская колонна и колонны Исакиевского Собора, хотя первая добыта в старой Пютерлакской ломке, а последняя в ломках купца Яковлева, лежащих к югозападу от Пютерлакса в 8-ми верстах. В здешнем граните встречается иногда рапакиви, который однако ж никогда нейдет в употребление, потому что он легко разрушается. Это явление приписывают: 1) Содержащемуся в нем натристому сподумену, который в виде синеватосерых колец окружает кристаллы полевого шпата, и в котором натр, соединяясь химически с атмосферною водою, производит разрушение сподумена, а вместе с тем разрушает связь и между кристаллами полевого шпата и остальной массой гранита, потому что натристый сподумен, служащий связующим веществом, как я сказал уже, выветривается. 2) Разрушение рапакиви приписывают также и тому, что находящиеся в нем кристаллы полевого шпата бывают всегда весьма крупны, и потому они, значительно расширяясь по направлению длинных своих осей и вовсе почти не изменяясь по направлению осей коротких, ослабляют связь между составными частями рапакиви, и тем способствуют его разрушению.
Здесь работают: солдаты, арестанты и вольнонаемные, приходящие из Олонецкой губернии, всего около 500-т человек. Работами заведывают: один Штабс-Капитан, один Поручик Полевых Инженеров и два нарядчика.
Все работы, производимые для добычи здешнего гранита, можно разделить на семь приемов, непосредственно один за другим следующих: 1) бурение скважин, 2) заряжание скважин и пальба, 3) прорубание борозд и забивка клиньев, 4) отваливание массы, 5) деление массы на камни, 6) перевозка камней к пристаням и 7) погрузка камней на суда.
Бурение скважин.
Выбирают часть гранита (разумеется без трещин и не рапакиви), имеющую по крайней мере два отвесные бока вышиною от 4-х до 6-ти аршин. Такую часть называют массою. В низу одного отвесного бока выбуривают три горизонтальные скважины, длина которых зависит от толщины отделяемой массы и бывает от 3-х до 4-х сажен; диаметр скважин около дюйма, а расстояние между ними определяется шириною массы, которая бывает то же от 3-х до 4-х сажен. Бурение здесь трехручное, т.е. один наставляет и повертывает бур, а двое бьют по буру 30-ти фунтовыми молотами. Должно заметить, что бурильщики (т.е. те, которые управляют буром) и каменотесцы большею частию вольные, а из солдат и арестантов очень мало хороших работников; у хорошего бурильщика бур вдвое, втрое дольше стоит нежели у другого, потому что он умеет его закалить как следует и со снаровкою им управляет; точно так же и хороший каменотесец чрезвычайно сберегает инструменты и гораздо больше можешь сработать.
Заряжание скважин и пальба.
Выбуривши скважины, приступают к заряжанию их, что обыкновенно исполняют арестанты. Порох употребляется пушечный, сухой, и его доставляют в скважину следующим образом: берут деревянную палку, толщина которой сообразна с диаметром скважины, а длина сажени четыре с небольшим; на одном конце этой палки сделан цилиндрический канал длиною около 2-х аршин и вдоль всего канала вырезана небольшая щель, так что палка эта совершенно походит на заслонки, употребляемые при бурении мягких не сыпучих пород. Теперь в канал этой палки насыпают, сколько следует пороху, и держа вырезку обращенною вверх, осторожно вдвигают эту палку до самого конца скважины, после чего ее повертывают вырезкою вниз и осторожно вынимают, полегоньку встряхивая: порох остается в скважине. Прибойник и штревель железные, впрочем при начале забивки берут прибойник деревянный. Штревели прежде были здесь медные,
но так как они часто ломались, и потому после этого надобно было всегда разряжать скважину, что сопряжено с большими опасностями, то нынче медные штревели заменили железными. Забивка скважины производится кирпичем, но никогда осколками добываемого здесь гранита, что почитают чрезвычайно опасным. Вместо затравки служит деревянная планочка с вырезанною вдоль ее бороздкою, куда набивается смоченная водою пороховая мякоть и потом высушенная.
Скважины взрывают до трех раз, увеличивая с каждым разом силу заряда: на первый раз кладут в каждую скважину от 10-ти до 15-ти фунтов пороху; во второй от 20-ти до 25-ти, и если еще после этого взрыва масса не приподымается, т.е. не дает горизонтальной трещины (*), то в третий раз кладут в скважины от 30-ти, 35-ти до 40-ка и даже до 45-ти фунтов пороху; после взрыва этого заряда масса всегда уже отделяется.
(*) Трещина, происходящая при действии взрыва, идет почти горизонтально, по направлению слоеватости здешнего гранита, которая весьма много облегчает его добычу.
Зажигание всех трех скважин производится в одно время, от общего привода. Фитилем служит тонкий деревянный шест в 24 фута длиною, на конце которого привязана пакля. Пред взрывом скважин сначала извещают всех работающих около этого места, для того, чтобы они отошли прочь; потом берут шест с паклей, зажигают ее, подходят к скважинам сверху, и, стоя на взрываемой массе, поджигают общий пороховой привод, после чего тотчас отбегают в сторону. После взрыва осматривают образовавшуюся трещину и, если она не значительна, то еще раз заряжают скважины, полагая в них, как я уже сказал, больше противу прежнего количества пороху; бывают случаи, что и по третьему разу заряжают скважины. Признак, по которому заключают, нужно ли еще раз заряжать скважины или нет, состоит в том, что при надлежащем, достаточном действии заряда вся взрываемая масса не много подпрыгивает, это уже и значит, что камень дал большую горизонтальную трещину по плоскости скважин; когда же при взрыве скважин не замечают ни какого движения в отделяемой массе, то значит, что образовалась малая трещина, и в таком случае надобно еще зарядить скважины, усилив заряды, как было перед сим сказано.
С первого взгляда казалось бы, что для сбережения времени и пороху, лучше было бы за один раз положить сильные заряды; но, рассматривая этот предмет внимательнее, мы легко находим причину невозможности и неупотребительности такого способа, которая состоит в том, что опасаются слишком сильным взрывом произвести в массе вертикальные трещины, а с такими трещинами масса уже действительно никуда не годится, и тогда все время и материалы, употребленные на ее обработку, теряются совершенно безвозвратно.
Когда скважину понадобится по чему нибудь разрядить, то всегда это исполняют ночью, большею частию вольные, имея при себе на всякий случай воду; но и тут не обходится без несчастных случаев.
Прорубание борозд и забивка клиньев.
Когда наконец масса приподнята, то надобно ее, как говорится, отделить от горы; для этого на верхней плоскости массы, по тем сторонам, где она соединяется с горою, садятся несколько человек с кирками, в расстоянии один от другого около аршина, и начинают проводить в камне две борозды, перпендикулярные одна к другой, и следовательно параллельные двум отвесным, обнаженным сторонам массы, на одной из которых заложены были в низу три горизонтальные скважины. Глубина борозд бывает около четверти аршина. Сделавши борозды, выбуривают в них иногда по три вертикальных скважины в каждой, для того, чтобы они дали направление трещинам, иногда же прямо берут железные клинья, в фут длиною, вставляют по нескольку их (около 15-ти) в борозды, помещая каждый между двумя железными пластинками, потом перед каждым клином становится по одному работнику и начинают забивать клинья, ударяя в раз железными молотками в 45 фунтов весом. Эта работа продолжается иногда несколько часов и весьма тяжела, так что не всякой может ее исполнять. Когда наконец, посредством забивки клиньев, успеют образовать две вертикальные под прямым углом пересекающиеся трещины, то для увеличения этих трещин до того, чтобы они встретились с горизонтальною (а иногда даже и для образования их), в борозды насыпают пороховой мякоти и зажигают: эти вспышки всегда действуют очень успешно.
Отваливание массы.
Теперь масса отделена, надобно ее отвалить: для этого употребляют железный лом (или, как там его называют, ольху) толщиною в два квадратных вершка и длиною четвертей семь; таких два лома вставляют в одну из вертикальных трещин в некотором один от другого расстоянии, привязывают к верхними концам их веревки и за эти веревки тянут несколько человек. Верхний край массы начинает наклоняться вперед, а чтобы при ослаблении ольх он не отошел назад, то в щель закладывают чугунные ядра; таким образом масса вращается около нижнего переднего своего края и наконец переднею стороною падает на чугунные ядра нарочно тут положенные, чтобы облегчить дальнейшее ее движение: ее подвигают еще несколько вперед, чтобы очистить место для заложения новых работ. Употребляемые здесь ольхи приготовляются на заводах купца Медведева из железа не гибкого и не ломкого, за пуд которого платят здесь по 14-ти рублей ассигнациями.
Деление массы на камни.
Так как отделенная глыба гранита и называемая массою бывает всегда около 20-ти и более кубических сажен величиною, поэтому ее весьма редко случается употребить на вытеску одного цельного камня, а обыкновенно, отодвинувши, как я сказал, от первоначального ее места, делят на куски или камни, какие требуются по присылаемым планам. Эта работа производится сначала кирками, а потом железными клиньями; порохом же массы никогда не разбуривают, опасаясь ее испортить. Полученные куски тотчас начинают обтесывать кирками в какую нужно форму, потому что сначала камень бывает мягче и работа идет гораздо успешнее; по прошествии же 4-х и 5-ти суток он уже принимает настоящую свою твердость, и тогда обтеска его бывает несравненно затруднительнее и медленнее. Заметим, что здесь камням придают только грубые формы: дальнейшая обтеска, и если нужно, полировка производятся всегда на месте употребления камня.
Нынче все работы, здесь производящиеся, клонятся к заготовлению камня для строющегося вновь перед Кронштатом укрепления Форт Александр. Ключевые камни, заготовляемые для сводов этого укрепления, имеют 11-ть футов в длину и по 5-ти футов в вышину и толщину; но говорят, что здесь случалось отправлять камни в 2000 пудов (*).
(*) Кубический фут гранита весит 2 пуда и 4 фунта.
Перевозка камней к пристаням.
Заготовивши камень, перетаскивают его на пристань. Это перетаскивание здесь удобно тем, что вся ломка расположена на островке, состоящем из сплошной массы голого гранита, и следовательно пристань всегда близко. Камни перетаскивают по деревянным мосткам, или по так называемым, путям на деревянных же вальках, которые для прочности бывают всегда березовые, и то служат не более года. Шпили суть единственные машины, употребляемые здесь для перетаскивания камней к пристаням, а движущая сила люди. Канаты пеньковые, но летом употребляют полусмоленые, а зимою белевые; смоленых канатов летом не употребляют потому, что они очень каляны (жестки), а белевые не удобны летом тем, что намокают и мшатся; преимущественное же употребление зимой белевых канатов основано на том, что они не мерзнут, подобно смоленым и полусмоленым, и следовательно не имеют каляности. Bсе канаты здесь употребляемые покупаются в Петербурге на Петровском острову, на фабрике Г. Гоша.
Погрузка камней на суда.
Эта последняя операция производится помощию чугунных шпилей и кранов с деревянными наклонными брусьями, установленными в виде копра; самый же подъемный механизм этих кранов обыкновенного устройства, т.е. чугунный вал с такими же зубчатыми колесами. Сказывали, что эти деревянные брусья, при поднимании тяжелых камней, не выстаивают и прогибаются внутрь копра в виде парабол, не смотря на то, что перевязаны между собою и росперты толстыми железными полосами.
Должно заметить, что малые камни нагружают на суда посредством стрелы, обыкновенно употребляемой для нагрузки и разгрузки торговых судов.
Перевозкою камня занято 2 казенных парохода и четыре казенных же судна; но как этого количества судов недостаточно, то нанимают еще вольные суда.
Зимой настоящие работы производятся здесь в меньшем виде, а больше занимаются очищением ломки от щебня, который засоряет ее в некоторых местах более чем на аршин глубины, и который во время зимы очень удобно отвозить в море на санях.
При этой ломке выстроена деревянная кузница для наварки буров и вообще для поправки железных инструментов, беспрестанно здесь портящихся.
Вольные мастеровые живут в окрестных селениях на квартирах у Финляндских крестьян; для солдат же и арестантов выстроены в Пютерлаксе каменные казарма и тюрьма.
© Огарышев С.И., перевод в электронный текстовый формат.
Эту статью в отсканированном виде можно скачать на Яндекс.Диске:
Огарышев Сергей Иванович. Консультант, автор и владелец сайта basalt-online.ru. Издатель и директор отраслевого журнала «Базальтовые технологии». +7 902 47–322–21 (Telegram, WhatsApp, Viber), sergey@ogaryshev.org